Болью память жива

Продолжаем публиковать материалы победителей и лауреатов II Республиканского конкурса журналистского мастерства «Свежий ветер». III место в категории 10-11 классы заняла Валерия ИЛЬИНА, д. Коткозеро

Александр Иванович Валентик

Будущее человека предопределяют встречи. Вернее, люди, с которыми он сталкивается на жизненном пути. Роль одних оцениваешь сразу. Роль других понимаешь спустя много лет. Какую роль в моей жизни сыграет встреча с карельским поэтом Александром Ивановичем Валентиком, я пока сказать не могу. Но с удовольствием поделюсь впечатлением от встречи с этим талантливым человеком и его стихами.

Знакомились мы с Александром Ивановичем заочно. Он оценивал работы, которые я отправляла на творческие конкурсы. Я читала его стихи, готовясь к исследовательской работе. Появились вопросы, и мне удалось задать автору при личной встрече.

Два часа беседы пролетели незаметно. Александр Иванович рассказал о детстве, о работе в газете и на радио, о своих стихах. Слушая его, сделала для себя несколько открытий. Первое: поэт – это не должность и не профессия, это состояние души. Второе: чтобы стихи рождались, душою должно владеть сильное чувство. В случае с Александром Ивановичем это чувство – боль.

«Болью память жива –
не засыпать снегами.
Боль моя, лишь в стихах
утихаешь…
                      Стихами…»

А боли в его жизни было больше, чем достаточно!

Все родственники поэта по линии матери до двадцатого колена были священнослужителями. В 1937 году его дед, протодиакон вытегорской церкви, был арестован и расстрелян. Мать Александра Ивановича преследовали за то, что она была дочерью священника.

Во времена Великой Отечественной войны его отец воевал на Карельском фронте. А юный Саша с мамой были эвакуированы в город Ош, что в Киргизии. Голод, холод, болезни, кровь и смерть – с пяти лет он познал тяготы и лишения военного времени.

Но главной болью стала для А. И. Валентика  эпоха перемен великой России – лихие девяностые. Когда рушились заветы, законы, устои. Происходила переоценка ценностей. Боль рвалась из души. Александру Ивановичу, верившему в коммунизм, жившему по заветам партии (в которую он, кстати, долго не вступал, так как считал себя недостойным), казалось, что земля уходит из-под ног.

«Загадывать завтра – какая забота
в стране, где сегодня – вчера…»

Вот, что поэт говорит об этом времени в предисловии к сборнику «Болью память жива»:

«Болью память жива…» В трех этих словах вся суть моей жизни – жизни одного из многих и многих детей уходящего 20 века. Века, который отнял у нас данное Богом право иметь свою судьбу. Века, который нивелировал человеческую индивидуальность, стремясь всех загнать в один строй, в один котлован.
Век наш… Век радужных утопий и горьких отрезвлений. Век радостного коллективного помешательства и глухого, безысходного одиночества. Великий и ничтожный. Век фанатических преданностей и невиданных предательств. Век великих подвигов и великих трагедий…

«Поэзия – это преодоленная боль». Но (Ох, уж это «но»! И здесь появилось – к счастью) рядом с печальными творениями Александра Ивановича стоят и стихи о веселом, добром, высоком:  о любви, природе, надежде.

«…А я все жду: настанет счастье,
И расцветут стихи – добром.
И солнце, солнце – без ненастья!
И никогда мы не умрем!»

Моя номинация называется «История одного человека». Но как рассказать о человеке, мимо которого в повседневной жизни я прошла бы, едва заметив? Как объяснить словами то неуловимое обаяние поэта, читающего свои стихи? Как описать ту грусть в глазах Александра Ивановича, когда он рассказывает о болезни любимой жены? О том, что  хочется издать книгу о любимом писателе Владимире Морозове, а вынужден сводить концы  с концами… Какие слова найти, чтобы вы поняли то чувство радости, которое испытывает Александр Иванович, награждая юных стихотворцев на конкурсах, организованных им же?
Узнать человека можно лишь когда общаешься с ним: заглянуть в глаза, проникнуться интонациями голоса.

Стала ли мне понятна поэзия этого человека? Да, несомненно. Стала ли мне близка его боль? Тоже да. Значит, встреча с Мастером была не напрасна. Значит, она останется в моей душе тем следом,  предопредляющим будущее.

Валерия ИЛЬИНА, д. Коткозеро


Комментарии:

Leave a Reply